Category: музыка

face

Видеоотчет

Всех с Новым годом!

Вот два видео с моего декабрьского выступления в клубе "Книги и кофе". Пока только первое, литературное отделение. Записями со второго (музыкального) пока не располагаю и даже не знаю, получились ли они у кого-либо из снимавших.

1. "Копай-копай!"


2. "Перекресток"


В "Перекрестке" на 13-й минуте выпал небольшой кусок, несколько фраз. Как мне объяснили снимавшие, камера после получаса съемок должна была перезагрузиться.

Update: С.В.Дужин (a.k.a. Потапов) выложил свою видеозапись "Перекрестка", из которой середина не выпала, а выпал только конец:
http://youtu.be/I2mu4yHyCXw

К самому себе замечания следующие:
а) Не вытянул фальцетом "хор стрелецких жен".
б) В одном месте забыл текст и обратился к публике за помощью.
в) Всю дорогу отчаянно чесался нос - как потом выяснилось, к пьянке.

В целом считаю выступление успешным. 16-го января состоится еще одно похожее выступление в Лондоне. Детали сообщу чуть позже.
face

Звучащие переводы (12)

Том Уэйтс, «Жокей набурбонился» («Jockey Full of Bourbon», с альбома «Rain Dogs», 1985).

Эту песню я перевел уже очень давно, но не мог сладить с аккомпанементом, пока не додумался поискать в Сети минусовки. Нашелся сайт www.karaoke-version.com, за малую плату такие минусовки предлагающий. Уэйтса у них оказалось только две песни, среди них эта. В итоге получился первый мой перевод, записанный в режиме караоке.

По собственно переводу сказать особо нечего - текст откровенно бессмысленный, поэтому обращался я с ним весьма вольно, без жалости выкидывая не лезущее в размер и запихивая то, что полезло. В частности, там, где у Тома маячила тень Джона Сильвера ("Sixteen men on a dead man's chest"), у меня замаячил Беня Крик.



К сожалению, не получается пока найти минусовку для песни "Telephone Call from Istanbul", которая тоже давно переведена.

face

Звучащие переводы (11)

Том Уэйтс, «Лучше без жены» («Better Off Without a Wife», с альбома «Nighthawks at the Diner», 1975).

Жанр песни определен автором как «гимн». Вопрос о том, в какой мере ее лирический герой был близок автору, не вполне ясен. В любом случае, песня была написана за пять лет до судьбоносного знакомства Тома с Кэтлин Бреннан, ставшей его женой, соавтором и вообще музой. Не знаю, исполнял ли он эту песню впоследствии.

Перевод не лишен некоторой отсебятины - извинительной, когда имеешь дело с ранним Уэйтсом. В частности, я не отказал себе в удовольствии поиграть в припеве с глагольными лицами, а также заменить заключительную музыкальную цитату на более привычную русскому уху.




face

Звучащие переводы (10)

Очень давно я не выкладывал звучащих переводов. Это не значит, что я не перевожу - перевожу постоянно, просто на музыкальную часть не хватает времени. Ковыряться со словами можно и в фоновом режиме - например, при выгуливании детей - а за фортепиано в таком режиме уже не посидишь. Тем не менее, что-то двигается, и сейчас созрело сразу несколько вещей, которые можно показать.

Том Уэйтс, "Бритва Шик" ("Burma-Shave", с альбома "Foreign Affairs", 1977).

Не кривя душой, скажу, что ничего более сложного мне в жизни переводить не приходилось. О том, что такое "Burma-Shave" и какое место занимает этот феномен в американской культуре, можно почитать в английской Википедии. Адски трудно было перенести всё это в русский язык так, чтобы не потребовались дополнительные комментарии. До сих пор не уверен, что у меня получилось. Выбранный вариант, как минимум, позволил сохранить рекламно-бритвенные коннотации, а также не потерять фонетически драгоценное "Ш". Тот нюанс, что русские слова "бритва" и "шик" уже нагружены известными смыслами, мне видится скорее плюсом, нежели минусом.

Музыкальное решение этой песни - отдельная тема. Особенной ее делает уже одно то, что она написана в фа-миноре, но тоника (собственно фа-минор) в ней не звучит ни разу, только подразумевается - что, прямо скажем, нечасто встречается в поп-музыке. Самое же интересное то, что каждый куплет этой песни уникален - здесь не слова втиснуты в музыкальную схему, а наоборот, музыка следует за словами, то удлиняясь, то укорачиваясь, всякий раз находя такую фразу, которая вписывалась бы в поэтическую ткань. Показательно то, что на концертах Том часто исполнял эту песню речитативом - да даже и не речитативом, а как бы просто рассказывая историю - в то время как банда за его спиной играла гершвиновскую "Summertime" (в ютубе можно найти ролики). Я принял такую музыкальную философию как руководство к действию, и диковинно было наблюдать за тем, как русская строчка - переведенная, казалось бы, точно - диктует иной музыкальный ход, чем у автора. В одном месте даже пришлось взять аккорд, который в оригинале не использован ни разу.

Кому стало интересно - слушайте.




face

Звучащие переводы (6)

Были тут у нас и романсы, и баллады, но не было самого главного - застольной песни! Спешу исправить этот недочет.

Том Уэйтс, "Гляди, кто пришел" ("A Sight for Sore Eyes", с альбома "Foreign Affairs", 1977 г.)

Перевод представлял немалую сложность из-за обилия имен - вообще свойственного поэтической манере мистера Уэйтса. Одних знаменитых бейсболистов в припеве перечислено аж четверо. После недолгих колебаний я оставил лишь одного Ди Маджио - как личность, известную не только в Америке. С прочими именами тоже не церемонился: Нэша переименовал в Сэма, Сида оставил безымянным, Монка выкинул вовсе. Труднее всего было с загадочными "Thumm and Giardina", покуда до меня не дошло, что Thumm - фамилия немецкая, а Giardina - итальянская. От этого уже и плясал.

Отдельным вызовом был изящный антанаклазис в первой строчке припева: "Hey barkeep, what's keeping you, keep pouring drinks". Над ним пришлось особо попотеть - но, кажется, справился.

Фортепианная партия (да и вообще вся музыка) настолько здесь проста, что можно даже обойтись без дисклеймеров.




face

Звучащие переводы (5)

Том Уэйтс, "За мечты не убьют" ("Innocent When You Dream", альбом "Frank's Wild Years", 1987 г.)

Песня примечательна обилием версий и каверов. Уже на оригинальном альбоме она присутствует в двух вариантах с разной мелодией. Еще раз была записана для видеоклипа, где автор исполняет ее, стоя в ванне, окруженный летящими мыльными пузырями. Не так давно ходил по ЖЖ вот этот ролик, где две девицы поют нежными голосами под гитару и укулеле. А есть еще выступление вот таких двух британцев ("Мы споем вам песню, которая была бы народной, если бы ее не написал Том Уэйтс").

Я позволил себе впасть в грех некоторого украшательства, переведя первую строчку припева три раза по-разному. Допускаю, что и перевод основного рефрена, вынесенного в название песни, может кому-то показаться спорным; мне он, однако, видится более удачным, нежели варианты типа "Невиновны во сне" или "Невинна, когда ты спишь". Впрочем, пусть цветут сто цветов.

Традиционный дисклеймер: в пианиста не стрелять!



face

Ну, погоди!

Данька дозрел до золотого фонда советской мультипликации. Регулярно тянет меня за руку к телевизору: «Заяц! Волк! Заяц! Волк!..» Приходится опять включать и садиться рядом, ибо в одиночку смотреть не желает. С другой стороны, любимый мультфильм моего детства можно посмотреть и в тысячный раз.

В ЖЖ уже несколько френдов ругали «Ну, погоди!». Мол, дурацкий мультик, и шутки в нем дурацкие. Категорически не согласен. Какие шутки были у Чаплина, не дурацкие? Шел, шел, упал. Смешно? По сути, не так уж и смешно. Вся фишка в том, как упал.

Collapse )
face

Михаил Щербаков

Сыновья привезли последний альбом Щербакова, "Чужая музыка и не только". Собрался неспешно послушать только сегодня. Впечатление - как и всегда от нового альбома МЩ. Начинается песня, пытаешься максимально на ней сконцентрироваться, все ухватить, все подметить - и очень скоро терпишь фиаско: какой-нибудь неожиданный ход отвлекает, начинаешь его мысленно обсасывать, а песня тем временем бежит вперед, щедро рассыпая новые неожиданные ходы, поспеть за которыми физически нельзя. И так весь альбом - сидишь и только дуреешь от этой поэтической щедрости. Но уже знаешь, что потом послушаешь и второй раз, и пятый, и десятый, и пятидесятый - и постепенно все уляжется в голове, и запомнится, и станет само играть безо всяких дисков, и обсосешь каждую строчку до косточки, и переживешь этот кайф десятки и сотни раз. И про аккомпанемент сотый раз подумаешь, что он именно таким здесь и должен быть. Сухим, холодным и рассыпающимся на отдельные ноты. В другой музыке эта поэзия жить не будет.

Двадцать три года уже его слушаю. И двадцать три года не проходит ощущение, что это абсолютный гений.
face

Из фонотеки старого гайдзина

Юдзиро Исихара, "Прощай, Иокогама!" 



Любил я когда-то исполнять эту песню в караоке, после пары ацуканов.
Уже потом один мой приятель метко назвал Исихару японским Кикабидзе.
А вот еще одна песня в его исполнении, "Гиндза-блюз", ее в караоке никогда не оказывалось.


face

"В этом городе должен быть кто-то живой..."

Недавняя моя покупка в букинисте на Болд-стрит (напомню: это был японский перевод романа Виктора Пелевина "Чапаев и Пустота", оказавшийся там совершенно мистическим образом - на полке с иноязычной литературой было три-четыре японских книжки, и эта среди них) обязывает меня рассказать историю, которая должна была появиться еще десять лет назад на сайте "Виртуальные суси" как отдельный материал, но так и не появилась. Не дошли руки. Однако лучше десять лет спустя, чем никогда.

Цитата из романа:

"Пулеметное ландо, в котором сидели Анна с Котовским, тоже прибавило ходу и почти нагнало нас. Я заметил, что Котовский тычет своего возницу тростью в спину и кивает на нашу коляску. Они явно пустились с нами наперегонки. В какой-то момент им почти удалось обогнать нас. Во всяком случае, они мчались совсем рядом, в нескольких метрах. Я заметил на борту тачанки эмблему - круг, разделенный волнистой линией на две части, черную и белую, в каждой из которых помещался маленький кружок противоположного цвета. Кажется, это был какой-то восточный символ. Рядом была крупная надпись, грубо намалеванная белой краской:
 
СИЛА НОЧИ, СИЛА ДНЯ
ОДИНАКОВА ХУЙНЯ
 
Наш башкир стегнул лошадей, и тачанка отстала. Мне показалось непостижимым, что Анна соглашается ездить в экипаже, расписанном такой непотребщиной. А через миг у меня появилась догадка, сразу же перешедшая в уверенность, что именно она и написала эти слова на борту ландо. Как мало, в сущности, я знал про эту женщину!"
 
6-го марта 1999 года, на следующий день после концерта Бориса Гребенщикова в Киото, мы с Ковалениным привели его в Рёандзи - дзэнский храм со знаменитым на весь мир садом камней, где один камень якобы всегда прячется за другими (на самом деле не всегда, но это неважно). Борис долго медитировал, глядя на камни. Мы ждали в стороне. После медитации, очень воодушевленный, он подошел к нам:

- Я понял, что нужно сделать! Нужно взять бессмертное витькино двустишие и перевести его на японский!

- Какое двустишие? - не поняли мы.

- Двустишие из "Чапаева"! - он продекламировал нам двустишие про силу ночи и силу дня. - Нужно его перевести и сделать аудиозапись.

- А что потом с ней делать? - продолжали мы недоумевать.

- Можно сделать что угодно! Можно засэмплировать, можно закольцевать, можно проиграть задом наперед... но сначала надо перевести! Это поддается переводу?

Мы крепко задумались. Вообще говоря, приблизительные аналоги русских матюгов в японском языке найти можно - но лишь очень приблизительные. Подыскать адекватный японский эквивалент русскому слову "хуйня" - задача весьма и весьма нетривиальная. К счастью, рядом с нами был Макото Кимура - человек, посвятивший себя распространению русского рока в Японии и знающий, что к чему. Вечером того же дня, в кабаке, после уже не вспомнить какого кувшинчика сакэ, перевод был готов:

"Ёру-но тикара мо, хиру-но тикара мо, дотира дэмо кусо митай на мон да!"

Дословно: "И сила ночи, и сила дня, что угодно - вещь, похожая на дерьмо!"

Через несколько дней перевод был озвучен и записан на MD в десятке разных вариантов: от мужественно-сдержанного (в исполнении самого Кимуры) до придыхательно-эротического (в исполнении его боевой подруги Тикако). Я до сих пор жалею, что не сделал себе копии всех этих вариантов. Очень торопился переслать их Борису.

Бессмертное пелевинское двустишие звучит по-японски на альбоме Аквариума "Территория" в песне "Вавилон". Борис выбрал наиболее нейтральный вариант, в исполнении Макото Кимуры.

Два года спустя в Японию приехал Виктор Пелевин. Я познакомился с ним, но упустил рассказать ему эту историю. Надеюсь, он все-таки в курсе того, что процитирован в одной из песен Аквариума в столь необычной версии. Тогда, в 2001 году, японского перевода "Чапаева" еще не было. Теперь же, неизъяснимым образом обнаружив его в ливерпульском книжном магазине, я немедленно полез в седьмую главу и отыскал бессмертное двустишие в авторитетном переводе Такаси Миуры:

"Ёру-но тикара, хиру-но тикара, дотти мо онадзи кусоттарэ"

Отличия от нашего варианта есть, и даже несколько - но основное совпадает: русское слово "хуйня" определено через японский корень "кусо" ("дерьмо"). В главном мы угадали.

Еще дважды я останавливался у Кимуры в Осаке. Помню, как этот старый панк и анархист налил мне полный стакан сакэ из двухлитровой бутыли, потом взял свой - и вместо тоста заявил:

- Амэрика фусэх давно заэбара!

Контакт с ним потерялся. Пробовал найти - не сумел. Жаль...