Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

face

Ссылки для интересующихся

«Записки гайдзина»  —  роман в новеллах об иностранце на Японских островах

Переводы Боба Дилана, Тома Уэйтса и Спайка Миллигана

ЯРКСИ  —  японско-русский компьютерный словарь иероглифов

Персональная страница: http://www.susi.ru/rus
face

П.Н.Мамонов (1951-2021)

— А вот еще, помню, — сказала моя без пяти минут первая жена, — в школе сочинения задавали. «Человек, на которого я хочу быть похожим». Сиди и пиши, как дурак. Вот скажи, Вадик, на кого ты хочешь быть похожим?
— На Петю Мамонова, — вырвалось у меня.
— Ну! — удивилась Ленка. — Разве этому тебя в школе учили? Я еще понимаю: на Павку Корчагина или на Юру Гагарина. А ты вдруг: на Петю Мамонова...

Смех смехом, но Мамоновым в ту пору я действительно не на шутку болел. С первого же раза, как увидел его живьем на концерте в ДК Ленсовета весной 1989 года. Это было колдовство и магнетизм. Из глубин своего хтонического подсознания Мамонов выволакивал и показывал миру нечто неуловимое и неназываемое, но очень значимое для той удивительной эпохи, в которую выпало взрослеть моему поколению.

Всю последнюю неделю, следя за новостями из Коммунарки, где Петр Николаевич умирал от ковида, я пересмотрел кучу видео на Ютубе. Песни, интервью, отрывки из спектаклей... И совсем ранние, из восьмидесятых, и совсем недавние. Для меня осталось загадкой: как может человек столь болезненно изломанный быть одновременно столь цельным? Настолько цельным, что даже не нужно осваивать актерское мастерство для съемок в кино, а достаточно быть в кадре самим собой — и удастся осилить самые разные и самые сложные роли.

Его называли и юродивым, и скоморохом, и панком. Но «фигляром» — никогда. Не припомню такого. А какого-нибудь Охлобыстина иначе и не назовешь, сколько бы тот ни пыжился. Цельности не добрал.

Превращение Петра Мамонова в ревностного христианина, которое многих оттолкнуло, было, по-моему, и логичным, и органичным. Где же еще быть юродивому, как не во Христе? В своих последних выступлениях он иной раз ударяется в совершеннейшее мракобесие — но остается при этом и искренним, и увлекательным, и даже трогательным.

Спи спокойно, Петя. Ты был крут.

face

Боб Дилан

Моему любимому англоязычному поэту сегодня исполнилось восемьдесят лет. Я очень рад, что он встречает юбилей в прекрасной творческой форме, недавно удивив мир новым альбомом, в котором был побит его собственный рекорд. Песня "Highlands" с альбома "Time Out of Mind" (1997 г.) длилась 16 минут и 31 секунду; песня же "Murder Most Foul" с альбома "Rough and Rowdy Ways" (2000 г.) длится 16 минут и 56 секунд. Обе я готов переслушивать снова и снова.

На русский язык мне удалось перевести 25 песен Боба Дилана и 17 Тома Уэйтса. Два моих кумира очень различны — чтобы понять это, нужно было покорпеть над переводами. Уэйтс, при всей моей к нему любви и при всём влиянии на него Дилана — всё-таки больше музыкант и шоумен. Его поэтические строчки редко оставляют впечатление единственно возможной комбинации слов. Даже наоборот, нередко впечатление как раз таково, что написано и спето «который наг», а могло бы быть написано и спето «на коем фрак» (привет Козьме Пруткову). Помимо этого, Том Уэйтс — до мозга костей американец, его тексты пересыпаны таким количеством отсылок к чисто американским реалиям, что даже британцы, по моим наблюдениям, часто не могут понять, о чем он вообще поет. По обеим этим причинам у переводчика песен Тома Уэйтса почти всегда есть некий карт-бланш на отсебятину: коль скоро перевести точно невозможно или не имеет большого смысла, то лучше отталкиваться от ритма, музыки и собственного понимания. Даже если перевод выйдет не ахти, песню можно будет попытаться вытянуть исполнением.

С Диланом такой фокус почти никогда не проходит. Его строчки практически всегда воспринимаются как первоклассная поэзия, а сам он — как поэт всемирного масштаба, поющий о вещах, важных для людей в любом уголке планеты. Когда переводишь Дилана, невозможно отделаться от чувства большой ответственности. Если перевел плохо, никакое исполнение не вытянет. А сильнее всего радуешься, когда удалось перевести точно.

Последние два года я совсем не переводил и не записывал аудиоверсий ранее переведенного. Это не дело. Буду исправляться.

face

Терпимость и нетерпимость

В комментариях к последнему посту в Фейсбуке моя жена от первого брака упрекнула меня в нетерпимости к чужой политической позиции. Пришлось крепко задуматься — а после раздумий признать, что да, случается такое, бываю я к чужой политической позиции нетерпим. Но бывает и наоборот, бываю терпим и даже очень. Всё зависит от политической позиции. Основные случаи стоит перечислить.

К либертарианской политической позиции я более чем терпим, хотя не могу сказать, что безусловно ее разделяю. От радикального либертарианства меня отталкивает высокомерие и идеализм. Жизнь показывает, что рынок расставляет по местам весьма многое, но далеко не «всё», как заявляет эта доктрина. И тем не менее — идеология, почитающая высшей ценностью свободу и даже отражающая это в своем названии, заслуживает уважения.

Я очень терпим к консервативной политической позиции, что и неудивительно после двух десятков лет, в общей сложности проведенных в Японии и Англии, где к традициям относятся бережно. Это даже прокралось в «Записки гайдзина» — некоторые читатели восприняли мою книгу как своего рода манифест консерватора. Пришлось отдельно объяснять, что печаль по поводу неизбежных потерь, которые несут прогресс и глобализация, вовсе не означает призыва бороться с глобализацией и остановить прогресс. Здоровый консерватизм — заботу о сторонах жизненного уклада, которые было бы жаль отбросить — я вполне приветствую, но с одной оговоркой: эта позиция едва ли применима к сегодняшней России. После катаклизмов двадцатого века консервировать в ней особо нечего, и называющие себя русскими консерваторами выглядят довольно жалко (горячо рекомендую книгу Сергея Волкова «Почему РФ не Россия» — безотносительно к взглядам самого Сергея Волкова).

Collapse )
face

«Коан для тенора без оркестра»

Заключительная и лучшая глава «Записок гайдзина», как и первая, содержит много музыки. Все джазовые отсылки вошли в аудиоверсию, включая даже вскользь упомянутого Майкла Брекера. В конце звучит моя любимейшая версия «Осенних листьев»: Кэннонболл Эддерли на саксофоне и Майлз Дэвис на трубе.

face

«Ай рабу ю»

Сложность с аудиозаписью этого рассказа состояла в том, что там разговаривают сразу несколько мужских персонажей, голоса которых хорошо бы как-то разнообразить. Поэтому Владлен Эдисонович заговорил басом. Чтобы записать его реплики, мне пришлось принудительно привести себя в состояние сильного похмелья, ибо бас прорезается у меня только в этом состоянии.
В конце записи звучит японская народная песня «Айдзу Бандай сан» («Гора Бандай в Айдзу») в осовремененной обработке группы «Уттара Куру». Песня известна всей Японии, но мне дорога тем, что служит визитной карточкой места, где я провел девять счастливейших лет.
face

«Сатиновая кукла»

Начинаю выкладывать аудио-версию «Записок гайдзина», записанную три года назад. До сих пор дарил друзьям на дисках, теперь пришла пора поделиться с более широкими кругами. Запись щедро сдобрена музыкой, без оглядки на копирайт — так что не знаю, сколько она сможет провисеть в Ютубе. Если серьезных проблем не будет, вывешу еще какие-нибудь главы.

face

Боб Дилан, "100 песен и портретов"

В издательстве Пальмира вышла книга с сотней песен Боба Дилана в русских переводах. У меня взяли два, это песни "Maggie's Farm" и "It's Alright, Ma (I'm Only Bleeding)". Сам книги еще не видел. Отзывы есть разные.

Вот промо-ролик от издательства с моим скромным участием.



face

"Кувырком к чертям"

Записал в режиме караоке самую знаменитую рок-композицию Боба Дилана "Like a Rolling Stone" в русском переводе. На перевод ушло пять лет, это один из самых трудных поэтических текстов, с которыми мне доводилось иметь дело как переводчику.


UPD: Это вариант, перезаписанный через три дня.
face

Новости паразитологии

На днях получил электронное письмо от одного крупного издательства. Пишут, что затевают полное собрание текстов песен Боба Дилана на русском языке и посему спрашивают, не хотел бы я продолжить его переводить, но уже не по вдохновению, как раньше, а в больших количествах и в сжатые сроки. Конкретно: 100-110 текстов за 3-4 месяца. Вознаграждение сулят  (цитирую) скорее моральное, а не материальное. Нужны люди, которые бы тянули проект на себе, и которым условная слава важнее денег.

И я уверен, что они действительно найдут таких людей. Пренебрегающих презренной пользой. Которые за три месяца смогут перетолмачить не только всего Дилана, а всего Шекспира и всего Гомера. Благо гугль-транслейт теперь под боком.

Вот только хватит ли у меня духу открыть том с этими переводами?